Партнери




    Вхід на сайт   >>
Розгорнути меню

підписати
відписати
  



Головна » Наші статті » Слово пастиря



Пастырь и приход: канонические аспекты взаимоотношений. Очерк четвертый
10 August 2011 12:34
Игумен Феогност (Пушков)

Исповедь. 

Публикуем четвертый очерк игумена Феогноста (Пушкова) из заявленной серии.

Читайте также:

Очерк первый: Границы прихода и значение оных

Очерк второй: Границы послушания

Очерк третий: Выборность духовенства

Очерк пятый: Смерть христианина и поминовение усопших

***

Таинство покаяния – это примирение человеческой совести с Богом и с Церковью. Этот двуединый акт примирения нам необходимо учитывать, говоря об исповеди: совершая грех, человек не просто в индивидуальном плане совершает нечто неблаговидное пред Богом, он еще привносит страдания в Тело Церкви (1 Кор. 12:26). Грех – это то, что разрушает наши отношения с Богом и друг с другом (так сказать, «социальный аспект» греха), то есть, рассекает члены Тела Христова.

Вот почему в молитве Таинства Покаяния священник испрашивает у Бога кающемуся не только прощение и отпущение грехов, но и «примирение и соединение со Святой Церковью» (изначально лицо, совершившее явный грех против Бога и Церкви, отлучалось от общения с Церковью и приносило многолетнее покаяние, что свидетельствовало Церкви об искреннем желании человека очиститься и примириться с Богом).

В этом Таинстве священник как свидетель покаяния и как духовный врач

Должен, во-первых, сделать все, чтобы человек искренне раскаялся в своих грехах, во-вторых, чтобы осознал те грехи, которые еще не были им осознаны как таковые (для этого священник имеет право задавать вопросы исповедующемуся), и, в-третьих, найти для человека подходящее «лекарство».

Именно на исповеди  от священника требуется максимальная чуткость, т.к. именно тут и даже только тут священническая индивидуальность выступает столь ярко, что не заметить этого просто нельзя. Во всех остальных Таинствах Церкви священническая роль уходит в тень священнодействия, и лишь на исповеди священник вступает в индивидуальный (!) диалог. Здесь уже говорит и действует именно он сам, и именно здесь проявляется степень духовности священника: позволяет ли он говорить через себя Духу Божьему, или все же будет говорить его человеческий разум и его чувства?

Так как не каждый священник находится на достаточной высоте духовного опыта, не всегда следует «раскрывать» всю свою душу

Достаточно будет ответить на вопросы священника и поведать ему то, в чем сам желаешь раскаяться пред Богом. В идеале человек должен исповедоваться своему духовнику, когда исповедь – не просто перечисление грехов (пусть даже с глубоким покаянным чувством), но еще и общение, обсуждение возникающих трудностей и получение совета.

Но так как не многие из мирян имеют сегодня духовника, и не всегда есть возможность исповедоваться последнему, следует четко разграничить два аспекта в исповеди: собственно исповедь с канонической оценкой поступка человека (к примеру, принципиальная недопустимость для верующего совершения смертного греха) и пастырская назидательная часть (советы по конкретному вопросу, апеллирование к собственному опыту и т.д.).

Первый аспект обязателен в любой исповеди и не зависит от духовного опыта священника

Чтобы сказать, что прелюбодеяние или аборт, грабеж или обращение к чародеям недопустимо для христианина ни при каких обстоятельствах, не требуется быть ни «особо» образованным, ни «особо» умным. Даже не требуется личное  знакомство иерея с кающимся. Любой священник имеет не просто право, но и обязанность указать человеку на категорическую недопустимость «совмещения» смертных грехов со статусом христианина.

Любой священник не только имеет право, но и обязан засвидетельствовать чуждость Церкви исповедника, если исповедник пришел «перечислить смертные грехи», но отказывается с ними распрощаться. Обстоятельства совершения этих грехов и причины отказа в дальнейшем не повторять эти грехи совершенно не имеют ни малейшего значения. Именно поэтому я не могу одобрить тех верующих, которые, в случае совершения смертного греха, «ищут, кому бы поисповедоваться». Именно так! Ищут не мудрого наставника, а «снисходительного» к преступлениям священника, который бы своим почти механическим «прощаю и разрешаю» убаюкал их совесть.

Причины этих «поисков» в том, что эти «кающиеся» идут не столько, чтобы исповедать свой тяжкий грех, сколько найти «понимания» у священника. Эта жажда «понимания» есть скрытая (а иногда и не очень) форма самооправдания и «саможаления».

Но истинное покаяние начинается лишь с самоосуждения

Как писал преподобный Ефрем Сирин, «истинное покаяние начинается с того, что человек признает себя достойным любых самых суровых кар, а потому какое бы наказание с какой бы строгостью не было на него наложено – он себя будет считать достойным вдвое более суровых мер. Искренне кающегося не удивит строгость духовника и суровость наказания». У греха нет и быть не может никакого ни «оправдания», ни «понимания».

К сожалению, среди сегодняшних исповедников у нас больше тех, кто ищет оправдание своему греху, чем тех, кто искренне осудил себя и свой поступок [говоря «больше» или «меньше», я лишь обращаюсь к своему пастырскому опыту; может быть, кому-то из моих собратьев в священстве посчастливилось чаще встречать искренне кающихся и реже – «формально» перечисляющих грехи по бумажке].

Именно в этом пункте чаще всего происходят «столкновения» у священника с исповедником. Последний, перечисляя грехи, все время привносит оговорки с целью самооправдания: «меня принудили», «у меня не было выхода», «мне угрожали», «меня споили» и т.д. Нет понимания основного христианского постулата: человек всегда остается свободным идти вопреки всем внешним обстоятельствам, даже ценою собственной жизни.

Полноценно осуществить второй аспект исповеди (личное назидательное общение пастыря с кающимся) возможно, конечно, лишь при хорошем знакомстве друг с другом.

Требовать, чтобы едва знакомый священник решил все ваши психологические  и духовные проблемы – как минимум, неразумно

Если священник «идёт на поводу» таких требований (нередко они исходят от прихожанина, а не от священника), то вскоре он сам становится «крайним» и «во всем виновным».

Как мы уже говорили во втором своем очерке (о границах послушания), общеканонический аспект должен быть ясно раскрыт в любом случае любым священником. И тут христианин просто обязан подчиниться (к примеру, если прелюбодею ставится требование порвать незаконную связь, исповедующийся должен подчиниться или быть отлучен от Церкви).

Но когда приходит незнакомый человек и просит дать расписание молитвенного правила или паломнических поездок, священник должен изложить лишь общие принципы: «Утро должно начинаться с молитвы, с хвалы Богу. Так же и день должен заканчиваться хвалою Богу и исповеданием своих грехов. Образцы и примеры даны в молитвослове. Объем же вашего личного молитвенного делания зависит от ваших возможностей. Всякое дело мысленно должно сопровождаться молитвой. Необходимо чтение хотя бы нескольких строк Священного Писания в день».

Но предписывать чтение определенного количества канонов и молитв неправильно

Такое может позволить себе лишь духовник, и то в рекомендательной форме (для мирянина). Был реальный случай: Пришла медработница и попросила благословение на определенное молитвенное правило. Священник ей «прописал» 3 кафизмы и 2 канона на день. В итоге молитвенная жизнь превратилась в поспешное «вычитывание» этого правила, в поступках женщины появилась нервозность и она перестала справляться не только с личными семейными, но и с профессиональными, служебными обязанностями. Результат такого благословения не созидание молитвенной жизни, а расстройство.

Однако нам необходимо еще рассмотреть два очень важных вопроса, связанных с исповедью: «Какие вопросы на исповеди священник имеет право задать» и «имеет ли право священник отлучать от Церкви исповедника»?

Какие же вопросы и на какие темы имеет право задавать священник?

Если следовать чину исповеди, то абсолютно все! Достаточно взять наш «Требник» и прочесть список вопросов, которые, согласно принятому чину, священник обязан (!) задать пришедшему на исповедь. И не следует этим оскорбляться. Если священник в первый раз вас видит и задает вопрос, который вас шокирует, то просто наберитесь смирения и не возмущайтесь, не кричите, «да как он посмел такое обо мне подумать», а спокойно ответьте: «Слава Богу, такого греха за мной не водится». Помните, что вы, как сказано в чине исповеди, «пришли в лечебницу, и бойтесь выйти не исцелившись».

Если таинство покаяния – лечебница, то конкретная исповедь – это «комплексное обследование»

Недавно в блоге протодиакона Андрея Кураева была тема, в которой обсуждался вопрос допустимости со стороны «едва знакомого священника» задавать на исповеди «нелицеприятные вопросы». Главное, что эта тема возникла не на пустом месте. Священник обратил внимание на те грехи, о которых многие священники считают себя «не вправе» спрашивать человека, если последний сам не задаст вопроса.

Но с учетом очень низкого уровня религиозной грамотности нашего народа, есть риск, что наши потенциальные, или даже реальные, прихожане так и не узнают о греховности тех или иных поступков.

В моей личной пастырской практике был такой случай. В храм приехали паломники, одна из паломниц подошла на исповедь (старушка лет 65-70), заявив, что ходит регулярно в храм и причащается. Не знаю, что да как, но почему-то внутреннее чувство мне просто настойчиво кричало: «Задай вопрос об обращении к гадалкам». Задал. И что вы думаете? Она часто гадала на картах и не знала, что это грех!

Люди, которые высказывают свое «возмущение» священником, задающим «неудобные вопросы», просто не знакомы с принципами христианского отношения к исповеди. Раз сами пришли на исповедь к этому священнику, то отчего же вы оскорбляетесь, что он вам задает «неудобные» вопросы? Не говоря уже о том, что «возмущения» проявлены как раз в том случае, когда священник «попал в точку», то есть, оказался «хорошим врачом, обнаружившим застарелые язвы». Парадокс: врач обнаружил болезни — больной со скандалом отказался лечить оные

Но народ возмущается не неблагодарностью больного, а добропорядочностью врача

Конечно, у некоторых грехов существуют «возрастные рамки». И если священник семилетней девочке или отроку будет задавать вопросы, связанные с искушениями, возникающими в более зрелом возрасте, это будет неправильно и подлежит обжалованию в епархиальном управлении — на имя правящего епископа (поминаемого в каждом храме епархии за богослужением) следует направить бумагу со своими вопросами и недоумениями.

Во время Таинства Примирения с Церковью кающегося священник называет себя «свидетелем» его покаяния. Примирение с Церковью – акт сакраментальный, но его основанием служит искреннее покаяние грешника. Свидетельство (делами, самой жизнью кающегося) покаяния необходимое условие «отпущения грехов». Само же греческое слово «метанойя» (покаяние) означает «перемену сознания». Покаяние невозможно без внутренней перемены личности.

Прося у Бога прощения грехов и возвращая кающегося человека в Тело Церкви, священник апеллирует к совершившемуся факту внутренней перемены ума, сердца и воли человека.

Если священник не видит покаяния и самоосуждения человека, а сталкивается с самооправданием – обязан его «поместить в карантин»

То есть не допустить его к участию в Таинствах (временно отлучив от общения в Таинствах), при этом указывая то направление его сознания и воли, которое нуждается в серьезном исправлении. Для этого священник обязан (!) не просто «констатировать факт», что «кающийся» не раскаялся по-настоящему в своих грехах, но дать последнему рекомендуемую по данному вопросу литературу, пригласить на беседу и вежливо объяснить, почему его участие в Таинствах на данный момент невозможно.

Если исповедник примет наставления священника и с готовностью приступит к работе над собою, будет приходить в храм на богослужение, читать духовную литературу и, в конечном счете, полностью устранит то, что препятствует ему быть полноправным членом Церкви, священник должен примирить его с Церковью (т.е. ввести к участию в Таинствах).

От отлучения нераскаявшегося грешника следует отличать епитимию

Если отлучают того, кто не выражает желания и готовности исправляться, то епитимия налагается на человека, уже полноценно обратившегося к Церкви. Епитимия (дословно в переводе с греческого означает «запрещение») является канонической формой прещения, ограничивающей участие человека в церковной жизни (таинствах) с сопутствующими (на время епитимии) пенитенциальными действиями кающегося.

Изначально это было помещение человека в разряд «плачущих» и «припадающих» — когда раскаявшийся стоял в траурных одеждах у входа в храм, со слезами молил Бога о прощении и просил на коленях молитв и прощения у входящих и выходящих из храма. Такая система покаяния максимально позволяла проявиться подлинному самоосуждению грешника, проанализировать степень его покаяния. Ведь на такое способен только человек, который реально осознал, что потерял всякое христианское и даже просто человеческое достоинство.

Разумеется, такая форма покаяния налагалась только за тяжкие, смертные грехи.Такие как отречение от Бога и Церкви, участие в сатанинских обрядах, в колдовстве, обращение к гадалкам, святотатство, убийство, аборты или содействие их производству, насилие, клятвопреступление, грабеж, иногда – прелюбодеяние. Важно понять, что такая строгость не является выражением пренебрежительного отношения к грешнику. Наоборот, Церковь заботится о его полноценном исцелении, что неосуществимо без смирения до предела, без самоосуждения, без слез покаяния. Параллельно человек усиливал пост, раздавал милостыню, ограничивал себя во всем.

Иными словами, время епитимии – это время духовного траура

Когда человек оплакивает самого себя и молит Бога воскресить и обновить душу, отравленную грехом. Однако такое публичное покаяние осуществимо только в рамках полноценной церковной жизни прихода, ставшего семьей Христовой. Ведь те, перед кем припадал и в слезах просил молитв кающийся, должны проявить к последнему поистине семейное участие в его страдании, осеняя его своими молитвами и состраданием.

Более того, все остальные члены Церкви должны быть полноценными участниками Таинства, не зазренными своею совестью. Иначе теряется смысл помещения одного в разряд кающихся, когда все остальные «точно такие же, как и этот», этот разряд, по неведомым причинам, не пройдут.

На мой взгляд, сегодня так же необходимо помещать некоторых в разряд кающихся (по крайней мере, плачущих, стоящих в траурных одеждах в конце храма). Но в каких случаях? Только в тех, когда смертный грех (!) совершается сознательным членом Церкви! Т.е. если христианин или христианка, живя полноценной церковной жизнью, вдруг совершают клятвопреступление или грабеж, прелюбодеяние или насилие, аборт или отречение от веры, обращение к колдунам или гадалкам, тогда лицо, совершившее такой грех (будучи при этом сознательным членом Церкви, участвуя в Ее Святой Евхаристии), должны провести в разряде плачущих определенное время (на мой взгляд, не менее года).

Важно учитывать, что само значение отлучения от Таинств носит воспитательный характер: вдали от Источника Любви и Жизни (которым человек не дорожил, будучи вблизи) человек понимает, чего он лишил себя.

Это актуально лишь если человек действительно является членом Церкви и участвует в Ее Таинствах

Бессмысленно же подвергать епитимии того, кто не ценит эти Таинства и участвует в оных «от случая к случаю». Для такого человека «отлучение от причастия» не является трагедией, которую он переживает, как утрату Христа. Поэтому «несознательных» христиан сначала надо сделать сознательными, а уже потом (в случае совершения сознательными христианами смертного греха) подвергать временному запрещению на участие в Таинствах.

Но священник должен помнить, что находящийся под епитимией – это все равно, что «находящийся в карантине». Т.е. отлучение (упертого в грехе) или епитимия (осознавшего и кающегося) не могут налагаться по принципу: «Отлучил на полгода – через полгода приходи». Время несения епитимии – это время индивидуальной работы пастыря с кающейся душой.

Человек под епитимией должен приходить в храм к богослужению, стоять в конце храма с кающимися (издревле кающиеся носили траур, т.к. оплакивающему свой грех не к лицу увеселение и роскошь, а более приличны слезы и самая простая пища и одежда).

При этом под чутким руководством священника должно совершаться исправление личности, «врачевание сознания»

В личной жизни во время несения епитимии человек так же (по совету со священником) может уделить свое время и свои средства и силы на какие-то добрые дела. Главное, чтобы во время епитимии создалась определенная атмосфера в душе, в быту, в поступках человека. Результатом этого «карантина» является исцеление раны греховной, после чего Церкви вновь возвращается её потерявшийся было член. «Радость обретенного спасения яснее знать тому, кто погибал» (архидиакон Роман Тауберг).

Время епитимии – это время не только очищения, но еще и осмысления самого греха как пути погибельного. Ефрем Сирин в слове о покаянии пишет, что как мать провинившегося сына временно отталкивает от общения с собою и принимает суровый вид, чтобы ребенок понял, какова тяжесть его вины, так и Церковь ставит временно жаждущего грешника вдали от Воды Жизни, чтобы он осознал, как губителен грех, как ужасно жить без Христа (оскорбленного нашими грехами).

«Процедура» епитимии учит человека дорожить добродетельной жизнью как драгоценным здоровьем души, дорожить участием в Таинствах, дорожить своим христианским именем.


Код для вставки у блог / сайт

Переглянути анонс

Пастырь и приход: канонические аспекты взаимоотношений. Очерк четвертый

Исповедь. 
Любой священник не только имеет право, но и обязан засвидетельствовать чуждость Церкви исповедника, если исповедник пришел «перечислить смертные грехи», но отказывается с ними распрощаться.



Рубрики: Публікації | Слово пастиря |

2519 переглядів / Коментарів: 1

Теги: покаяние | исповедь | епитимья |
Додати свій коментар

Версія для друкуВерсія для друку

Корисна стаття?

Безгранична очищающая и

Безгранична очищающая и преображающая падшую душу сила таинства Исповеди, неизмеримо тяжела ноша этого спасительного таинства для священника, его совершающего.

Post new comment

The content of this field is kept private and will not be shown publicly.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
Image CAPTCHA
Enter the characters shown in the image.


Попередні матеріали
Також у розділі
Статті цього автора


Найцікавіше з архівів сайту



Цікаві статті








 

Шукайте нас у соціальних мережах та приєднуйтеся!

facebook twitter

vk

раскрутка и продвижение сайтов Ми в ЖЖ:  pvu1

Add to Google - додати в iGoogle

Ми на 


Православіє в Україні

Усе про життя Української Православної Церкви

добавить на Яндекс



© Усi права на матерiали, що опублiкованi на сайтi, захищенi згiдно з українським та мiжнародним законодавством про авторськi права. У разi використання текстiв з сайту в друкованих та електронних ЗМI посилання на «Православіє в Україні» обов`язкове, при використаннi матерiалiв в Iнтернетi обов`язкове гiперпосилання на 2010.orthodoxy.org.ua. Адреса електронної пошти редакцiї: info@orthodoxy.org.ua

    Рейтинг@Mail.ru