Партнери




    Вхід на сайт   >>
Розгорнути меню

підписати
відписати
  



Головна » Наші статті » Невигадані історії



Что происходит с человеческой жизнью после Крещения? – пять реальных историй
17 July 2013 15:04

При Крещении 25-лет­ний князь Владимир был наречен Василием. После этого он женился на царевне Анне и увез ее в Киев.

Затем князь Владимир крестил своих детей — и тогда начались регулярные проповеди христианской веры. Их вели и сам князь, и греческие священники (осо­бенно из Корсуни, говорив­шие на славянском языке), и болгарские священники из Придунавья, и те дружин­ники, которые уже давно приняли христианство.

Идолов низвергли, изру­били и сожгли, а главного из них — Перуна — стащили к реке, привязав к хвосту лошади. По дороге его били палками, а потом сбросили в Днепр, и течение его уне­сло. После этого князь объя­вил: «Если кто, богатый или бедный, нищий или раб, не окажется завтра на реке, тот будет против меня».

Боль­шинство горожан явилось на то место, где р. Почайна сливается с Днепром. Тогда священнослужители во главе с первым Киевским митрополитом Михаилом совершили Таинство свя­того Крещения над множе­ством киевлян.

«И утром вышел Влади­мир со священниками на Днепр. И собралось людей без числа: вошли в воду и стояли, одни по шею, другие по грудь, дети же у берега, другие же держали детей; уже крестившиеся ходили около них, а священники, стоя, творили молитвы. И надо было видеть радость на небесах и на земле о спасении стольких душ», — так описывает летопись это великое событие. Так, почти без сопротивления, прои­зошло величайшее нацио­нальное событие — Креще­ние Руси в 988 г.

За первые три года вера Христова была распростра­нена по всему «великому пути из варяг в греки» и протянулась много далее: на верхнюю Волгу, к Ростову и Суздалю. Князь Владимир распорядился воздвигать храмы в тех местах, где раньше стояли идолы, а осо­бенно заботился о духов­ном просвещении народа: «И повелел попам по горо­дам и селам приводить людей к Крещению и детей учить грамоте, ученью книж­ному…».

После Крещения Влади­мир стал совсем другим человеком, таким добрым и милостивым, что народ про­звал его «Красным Солныш­ком».

Князь не желал больше воевать, ему стало тяжело казнить смертью даже отпетых разбойников. На княжеском дворе он начал устраивать угощения для всего народа, а больным велел развозить по домам хлеб, мясо и мед. Владимир выписал из Византии художников, архитекторов и учителей. В Киеве была устроена школа, где мальчи­ков готовили к принятию священства. Также великий князь довольно часто соби­рал своего рода «съезды», так называемые «пиры», на которые созывал людей со всей страны.

Креститель Киевской Руси прославлен Церковью в лике святых как равноапо­стольный.

С вопросом «Как изменилась Ваша жизнь после Крещения?» редакция «Церковной Православной газеты» обратилась к православным.

***

Протоиерей Виталий Эйсмонт

— Бывает, люди прини­мают Крещение по причине «так нужно», «так принято», «не помешает», что справед­ливо порицается в различ­ных православных СМИ. Но когда-то принятие Таинства по таким, казалось бы, при­митивным побуждениям становилось подвигом.

…Детство мое прошло в 1970-е годы в Крыму, Нижнегорском районе, находящемся в северо-вос­точной части полуострова. В районе храмов тогда не было, поэтому, для того чтобы окрестить ребенка, нужно было добираться в соседний райцентр. Пом­нится, мать не раз мне пока­зывала мой большой кре­щальный картонный крест, на котором было изображе­ние Распятого, с какими-то непонятными мне тогда буквами. Часто украдкой, с каким-то особым благогове­нием, вынимал из маминой шкатулки этот бумажный крест, сложенный вдвое. Он мне вещал об ином мире, о мире Вечности, который был тогда сокрыт, но к которому так хотелось прикоснуться.

В Одессе, где я стал сту­дентом, храмов было много. После лекций я иногда осто­рожно переступал церков­ный порог в надежде услы­шать нечто. Затем в моей жизни появилась девушка из церковной семьи, вскоре ставшая мне женой, а после — матушкой. Тогда церковь, которую я начал посещать по воскресеньям, удивительно быстро влилась в мою жизнь. Помню мгно­вение, когда я вдруг вне­запно осознал, что храм — это «мой дом навсегда».

Так крещенское семя Христово дало первые всходы в жаждущей почве юного сердца.

Елена Кулакевич

— В отличие от неофи­тов разнообразных сект, которые радостно расска­зывают с экрана телеви­зора о сказочных измене­ниях в их жизни, которые произошли после креще­ния, мне достаточно сложно ответить на вопрос: изменилась ли моя жизнь после Креще­ния? Думаю, что ответ будет: нет, не изменилась.

Не изменилась, потому что я не знаю, какая она, «жизнь до Крещения», и не имею возможности зафик­сировать «до и после», ведь на протяжении всей своей сознательной жизни всегда была крещеной. Всегда, потому что, благо­даря родителям, меня, как, наверное, и большинство моих сверстников, кре­стили совсем маленькой. Приблизительно через месяц после рождения. Говорю «приблизительно», ведь крестили «под­польно»: дома, в присутст­вии лишь самых близких родственников. Соответст­венно, ни о каком свиде­тельстве о Крещении в 1981 г. (эпоха развитого социализма) речь не шла. Так что «возраст» Креще­ния удается установить лишь по воспоминаниям родителей. Но я и без сви­детельства очень горжусь тем, что живу православ­ной христианкой почти от рождения.

На замечание, что мол, Крещение маленьких детей в то время было не более чем данью тради­ции, скажу, что конкретно в моем случае вопрос о Крещении внучки и дочки членов коммунистической партии формулировался не: «Будем ли крестить?», а «Когда будем крестить?».

Не знаю, традиционно или нет, но в нашем доме я не помню Пасхи без крашенок и Рождества без подарков. Кстати, одним из наиболее ярких дет­ских воспоминаний на всю жизнь останется игра с дедушкой «на разбива­ние» — чья крашенка сильнее.

Правда, объяснить суть этих праздников в нашей семье могла лишь ста­ренькая прабабка. Она до самой смерти ходила в церковь и как могла про­водила среди детей, вну­ков и правнуков, так ска­зать, миссионерско-кате­хизаторскую работу.

Первой в семье воцерковилась мама. Ожидая по полгода воз­вращения из боевых походов отца — офицера военно-морского флота, мама находила покой в своих волнениях о нем и надежду на благополуч­ное возвращение лишь в уповании на Бога и молитве. Молилась сна­чала как умела, отыскивая православную литературу в условиях ее полного отсутствия и запрета. Помочь ей в этом было особо некому, ведь жили мы тогда в маленьком военном городке, распо­ложенном достаточно далеко от больших горо­дов. Понятно, что церкви там не было и быть не могло. Но, переезжая на новые места службы отца в большие города, наша семья постепенно стала ходить в церковь. Перее­хав в Киев, стали жить полноценной церковной жизнью. Наша семья уже много лет посещает Иль­инский храм.

Что касается отца, то его любимым ответом на вопрос, как он стал верую­щим, было: «Кто в море не ходил, тот Богу не молился». Вообще, сила его веры в Бога всегда была для нашей семьи тем компасом, который помо­гал не «сбиться с курса».

Остается она для нас такой и сейчас, когда его уже с нами нет. Даже стра­дая от онкологического заболевания, отец всегда находил силы ходить на Литургию каждые выход­ные и праздники, а когда состояние здоровья сов­сем не позволяло, он при­чащался Святых Христо­вых Таин в больнице или дома. Особенно меня поразило то, что даже в реанимации, когда он в последний раз пришел в сознание, единственной его просьбой было Святое Причастие.

Имея такие примеры отца и мамы, мне тяжело, даже невозможно понять людей неверующих, тяжело осознать, как это — жить «до» Крещения, или, что намного страшнее, «вне» Крещения. Ведь это действительно страшно — жить с ощущением своей конечности, потому что даже когда пытаешься спрятаться от осознания этого в повседневных проблемах, все равно остаешься одиноким.

Вячеслав Дарпинянц

— Придите ко Мне все труждающиеся и обреме­ненные, и Я успокою вас (Мф. 11: 28). Я прибежал ко Христу задолго до того, как обратил внимание на Его призыв в Евангелии от Матфея. Я не пришел, а именно прибежал, хотя и передвигался с трудом, обремененный последст­виями восточных практик и беспутного образа жизни. Я перешагнул порог храма от безысходности. Но отсутствие глубоких знаний о Православии и «незрелое» отношение к Богу не стали препятст­виями. Таинство Крещения принесло успокоение. Выйдя из храма крещен­ным во имя Отца и Сына и Святого Духа, я увидел в небесной синеве неви­данно белоснежные облака. Что-то со мною, видимо, свершилось.

Но умиротворение длилось недолго. Про­стоты приближения ко Господу показалось как-то недостаточно. Потянуло на духовные подвиги. Бегло прочитав Еванге­лие, я выяснил, что обра­тивший грешника от ложного пути его спасет душу от смерти и покроет множество гре­хов (Иак. 5: 20). И… при­нялся за воцерковление окружающих. При этом я или не понял, или не заметил предостереже­ний смиренномудрого Иакова в 3-й главе его Соборного послания — не многим стоит учительст­вовать, дабы не подвер­гнуться большему осу­ждению. А советом свя­щенника-крестного, реко­мендовавшего записаться на курсы при КДАиС, тогда пренебрег. Бесплод­ность ревностного не по разуму оглашения всех без разбору — атеистов, свидетелей Иеговы, тео­софов, сайентологов и даже чародеев — горчит в сердце до сих пор. Но со Христом даже сокрушен­ное, болезнующее, стена­ющее сердце оказывается способным и верить, и надеяться, и любить. Это, пожалуй, главное измене­ние в моей жизни после Крещения, глубина кото­рого невыразима.

Ольга Мамона

— Сказать, что после Кре­щения моя жизнь измени­лась разительно и вмиг, — было бы неправдой. Жизнь, действительно, менялась, но крохотными шажками.

Крестили меня уже в сознательном возрасте — мне было почти восемь. Впервые была в храме, впервые видела священ­ника и, хотя была в созна­тельном возрасте, на самом деле мало что осознавала. Понимала лишь одно — произошло что-то необык­новенное, я будто попроща­лась с детством, стала важ­ничать в разговорах со сверстниками. Игры в куклы и чтение сказок стала счи­тать пошлым занятием — куклы отправились на бабушкин чердак, а на полочке появилась книга «Хижина дяди Тома».

Но дорога в храм снова была забыта. И напоминали мне о том, что я крещеная, только мой нательный кре­стик, который никогда не снимала, и редкая молитва, которой меня научила пра­бабушка Ольга.

Странно, но крестные родители у меня появились задолго до моего Крещения, даже задолго до рождения. Но как-то в церковь никто не спешил. Да еще и друг семьи, который стремился называться моим крестным, не явился на Таинство Кре­щения. Родители вышли из ситуации.

Спустя год скоропо­стижно отошла в вечность жена несостоявшегося крестного отца, а на годов­щину ее смерти он… покон­чил жизнь самоубийством. Было страшное горе. Тогда я впервые познакомилась со смертью и грехом. Все сокрушались: «Боже, какой грех, какой грех… Как же их дети?!». Стало интересно: а что такое грех? До этого я мыслила категориями: добро — зло.

Затем были смерть и отпевание моей праба­бушки, которая была верующей, и в доме кото­рой я видела иконы. На ее похоронах и состоялась вторая встреча с верой и со священником. После смерти дедушки – третья встреча.

Был крещенский сочель­ник, я жутко рыдала, слезы превращались в ледяные дорожки. Смерть дедушки стала для меня внезапным шлепком, а батюшка вдруг успокоил меня простыми словами «у Бога нет мер­твых, у Бога все живы»…

В нашей школе была верующая учительница украинского языка и лите­ратуры, и она ни капельки не стеснялась минут 10–15 урока посвящать рассказам о Боге, таинствах, молитве. Частенько наши мальчишки этим пользовались и специ­ально «разводили» учителя на подобные отступления от темы.

Именно тогда я и обзаве­лась Библией. Читала ее днем и ночью, что-то под­черкивала, выписывала, конспектировала, перечи­тывала снова и снова… И лет в 14 решила: вырасту — и уйду в монастырь. Хотя слабо понимала, что такое монастырь, так по телеви­зору видела, да в книгах читала.

Тогда же я писала свои первые публикации в газету, это была серия ста­тей о наркомании. Кроме бесед и встреч с наркома­нами — бывшими и настоя­щими, наркологом, была и встреча с батюшкой. Он снова говорил мне о грехе. Но моя дорога к храму все еще как-то проходила мимо храма…

В храм же я попала перед поступлением в вуз. Мы с мамой (а она на тот момент уже захаживала в церковь) решили пойти в храм, помо­литься… Не помню, о чем и как молилась, но помню, что, увидев образ Спасителя, разрыдалась. Это было неза­бываемое чувство.

Уже будучи студенткой, я впервые исповедалась и причастилась. Но я не при­шла к этому сама, подтол­кнула подруга. Мы оплаки­вали гибель ее брата...

Помню каждое слово, сказанное на своей первой Исповеди, то необыкновен­ное чувство после первого Причастия… И вот только тогда стала разительно меняться моя жизнь, я осоз­нала, что значит быть кре­щеным в Православии.

Олег Гавриш

— Я крестился в Благове­щенском соборе г. Харь­кова в начале 1990-х, перед этим прочитав Закон Божий, Евангелие и Пятик­нижие Моисеево. То есть сделал это осознанно, тем не менее дальше начался долгий путь к Богу, который продолжается и сегодня. Крещение — особый момент в жизни каждого христианина. Это и всту­пление в завет с Богом, и новое рождение одновре­менно. Когда ты крещен — ты новое создание во Хри­сте Иисусе, жизнь начинает играть другими красками, и все становится по-иному. Но Крещение — это только начало пути.

Приведу один пример. (Может быть, кому-то он покажется несколько странным.) Как-то у моей тети, крещенной в Право­славной вере, в доме стали происходить странные явления. Что-то там двига­лось, трещало, предметы меняли дислокацию сами собой и т. д. Пришел свя­щенник освящать квартиру. Тетя сказала, что думает, будто в доме поселились духи. И призналась, что пыталась договариваться с ними, прося не делать пакостей, не пугать ее. Мы объяснили ей, что христи­анка должна не договари­ваться с «духами», а прика­зывать им убираться вон, именем Господа и Спаси­теля нашего Иисуса Христа. После освящения квартиры явления прекратились.

Эта история подчерки­вает, насколько важно не только вступить в завет с Богом, но и возрастать в Нем, постигая полноту бла­годати и глубины веры, которые открывает нам Слово Божие и Святая Цер­ковь. Как говорит святой апостол: в Нем открыва­ется правда Божия от веры в веру, как написано: пра­ведный верою жив будет (Рим. 1: 17).


Код для вставки у блог / сайт

Переглянути анонс

Что происходит с человеческой жизнью после Крещения? – пять реальных историй

Князь Влади­мир после Крещения стал таким добрым и милостивым, что народ про­звал его «Красным Солныш­ком»... 

С вопросом «Как изменилась Ваша жизнь после Крещения?» редакция «Церковной Православной газеты» обратилась к православным.



Рубрики: Публікації | Невигадані історії |

4611 переглядів / Коментарів: 0

Теги: Церковные Таинства | реальные истории | День Крещения Руси | 1025-річчя Хрещення Русі |
Додати свій коментар

Версія для друкуВерсія для друку

Корисна стаття?

Post new comment

The content of this field is kept private and will not be shown publicly.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
Image CAPTCHA
Enter the characters shown in the image.


Попередні матеріали
Також у розділі
Найцікавіше з архівів сайту
Чистильщик
21 December 2006

«Помоги мне!»
12 March 2009




Цікаві статті








 

Шукайте нас у соціальних мережах та приєднуйтеся!

facebook twitter

vk

раскрутка и продвижение сайтов Ми в ЖЖ:  pvu1

Add to Google - додати в iGoogle

Ми на 


Православіє в Україні

Усе про життя Української Православної Церкви

добавить на Яндекс



© Усi права на матерiали, що опублiкованi на сайтi, захищенi згiдно з українським та мiжнародним законодавством про авторськi права. У разi використання текстiв з сайту в друкованих та електронних ЗМI посилання на «Православіє в Україні» обов`язкове, при використаннi матерiалiв в Iнтернетi обов`язкове гiперпосилання на 2010.orthodoxy.org.ua. Адреса електронної пошти редакцiї: info@orthodoxy.org.ua

    Рейтинг@Mail.ru